Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: johan (список заголовков)
13:54 

не тебя ли гонят псы мои, шаман?
мы поднимаемся в гору по петляющим овечьим тропам, сначала через сырой лес, потом через ледяные горные ручьи, потом через поля цветущей морошки, потом через голые пустоши, потом через мягкий мокрый мох,
проходим через все четыре времени года, на середине пути мы обессиленно лежим на огромных мшистых камнях и изнываем от жары,
потом, на самой макушке горы, мы попадаем в суровые ветреные вихри и вязкую туманную кашу, становится холодно, мы снова видим снег,
мы закутываемся в предусмотрительно взятые с собой свитера и смотрим вниз,
мы видим зеленые тролличьи леса и белоснежные пляжи, бирюзовую воду, белые паруса,
мы видим торопливых горных куропаток и морских орлов с размахом крыльев в два с половиной метра,
мы жуем бутерброды с сыром и домашним хлебом, грызем яблоки и пьем сок, туман становится гуще и загадочнее, от холода немеют пальцы, морская вода светится совершенно фантастическими цветами, вокруг нас молчат гигантские горы, абсолютная тишина, только редкие птичьи крики и далекий звон овечьих колокольчиков,
мы наконец-то дома.
проводим на острове почти неделю, вместе готовим обед, варим традиционную островную похлебку из только что пойманной трески, собираем в огороде овощи для салата, кормим кролика одуванчиками, торчим у камина с книгами и рабочими делами, печем вафли, варим кофе,
я рисую за рабочим столом а. в ее крошечной мастерской, заваленной ракушками, овечьими шкурами, сухими цветами, цветными камушками,
в час ночи юхан с детьми ловит рыбу с крошечной лодки в освещенном полуночным солнцем фьорде, на следующий день мы запекаем гигантских сигов на углях с ароматными травами и можжевельником,
ужинаем свежими креветками, клубникой и шампанским, катаемся на желтой лодке т. по узкому trollfjorden, выбираемся на крошечном пыхтящем пароме в соседние рыбацкие деревушки, проводим день в прекрасном henningsvær, раскрашенном яркими куртками альпинистов, пьем кофе на свечном заводике,
едем по e10 до самого окончания дороги, дорога заканчивается деревушкой Å, за Å только два крошечных островка с пуффинами и китами, а потом сразу край земли,
в Å красные дома на сваях, изумрудная вода, старый обшарпанный рыболовный завод, залепленный птичьими гнездами, музей трески, крошечная пекарня, где белобрысая девочка достает из печи свежие булочки с корицей, облако сумасшедшего аромата накрывает всю деревню, чуть-чуть приглушая стойкий запах сушеной трески,
горы, туманы, цветущие поля, вода, сияющая сильнее, чем какие-нибудь сапфиры или изумруды.
(я как будто маленький снифф, смотрю в эту воду, и никак не могу отвести глаза, она совсем меня завораживает)
трава на крышах, сваи, маленькие рыбацкие лодки, пляж для арктического серфинга в unstad,
ленивые неторопливые овцы, тонны и тонны сушеной трески, водопады и горные реки,
облака, сползающие на дорогу вязким киселем, пронзительные птичьи крики,
я пишу это всё, чтобы запомнить.
где-то в другом мире и измерении стокгольм накрывает облаком тридцатиградусной жары, я сижу у светящейся воды в свитере и шерстяной шапке и думаю, что никогда нельзя забывать о том, что делает тебя по-настоящему счастливым.

@темы: johan, merenneito, skandinavia, девочка-море, олени

01:10 

leite mot nord

не тебя ли гонят псы мои, шаман?
ехали далеко на север, пересекали границы, каждая из которых делает нас еще немного свободнее,
граница с лапландией, граница, за которой больше ничего не выращивается, граница, за которой уже не растут деревья, полярный круг,
пропадают города, шумные центральные улицы, запах жареной еды, смех и крики, тяжелый бензиновый воздух, светофоры, нервы, спешка и давящее на затылок напряжение,
вокруг нас прорастают горы - бледные и сиреневые на самом закате, прозрачные озера, растрепанные макушки коротеньких сосен, мох, бесконечные пастбища северных оленей, безымянные деревеньки, деревянные вывески "домашние вафли", "свежие яйца", "горячий хлеб",
одеваемся тепло, спим в машине на берегу ворчливых горных рек, крепко обнявшись.
совсем привычный маршрут, узнаем каждую гору, каждую мшистую пустошь, каждый продуктовый магазин, где мы покупаем хлебцы с корицей, мягкий сыр, ягоды и take away-салаты в пластиковых коробочках.
каждый раз этот маршрут становится для меня еще ценнее и дороже.
наш путь лежит на маленький остров store molla на норвежских лофотенских островах, там, на самом берегу фьорда, стоит большой желтый дом - белые рамы, буйный сад, клубничные грядки, изумрудная морская вода, горы с закутанными туманом верхушками,
мы уже были здесь шесть лет назад - смотрели за опустевшим домом, кормили кроликов одуванчиками, гладили полосатую кошку, наливали воду невидимым овцам, собирали морошку, бродили по склонам до синих горных озер и обратно, собирали ракушки на белоснежных песчаных пляжах,
в этот раз мы будем здесь не одни.
крошечный паром высаживает нас на пристань, и я чувствую, как моя внутренняя сальткрока просыпается, оживает и приобретает совсем ясные очертания.
в желтом доме на берегу фьорда живет широкоплечий норвежец тронд, его миниатюрная приветливая жена анетте и трое их сыновей - фруде, столле и руне, а еще - сорок овец, четыре курицы и рыжий ленивый кролик,
овцы пасутся высоко в горах, эхо иногда разносит по склонам звон их колокольчиков,
в октябре, когда на остров накинутся первые суровые штормы, тронд оденет на лоб фонарик и поднимется на самые мрачные и туманные вершины - забирать овец домой.
в камине горит огонь, а. готовит картофельное пюре, мы приехали на остров в самый день летнего солнцестояния и застаем последние спешные приготовления,
мы берем с собой плетеную корзину для пикника, вино, кастрюлю с горячим пюре и две толстые овечьи шкуры для сырых холодных скамеек, на острове +11, но ничего, скоро молчаливые островные мужчины разожгут гигантский костер на белом песчаном пляже, и всем станет жарко.
мы знакомимся со всем населением острова сразу, их всего сорок, долгие зимние штормы, полярная ночь, ледяные ветра, прогрызающие остров насквозь сделали их почти семьей,
на крыше нашей беседки растет трава, светловолосые тетушки накладывают в тарелки rømmegrøt из гигантской кастрюли на огне - это традиционная праздничная норвежская каша из белой муки на сметане, к ней подается корица, сахар и жестяной кувшинчик с золотым растопленным маслом,
на острове полярный день, и вечер приходит без темноты, разве только горы вокруг становятся четче и как будто еще выше,
тогда на берегу разгорается костер.
он огромный, в нем горит все, что приносят приливы - старые доски, обломки, садовые скамейки, увитые водорослями бревна,
языки огня поднимаются до самых горных вершин, огонь танцует, отражается в изумрудной воде фьорда, становится горячо дышать,
хочется танцевать, отлив уводит мягкие бирюзовые волны вглубь фьорда, от костра постепенно остается россыпь шипящих жарких угольков, и мы идем домой.
трехэтажный дом, скрипящие лестницы, узорчатые коврики на полу, белый деревянный пол, уютная старая мебель, подкладываем дрова в камин и пьем вино до глубокой ночи,
ночь - совершенно условное понятие, солнечный свет, блики на колдовской изумрудной воде, хриплые птичьи крики,
скоро наступит утро, а. подаст к завтраку горячий, только что испеченный, хлеб, коричневый козий сыр, домашнее морошковое варенье и кофе, т. с самого утра растопит камин, а потом мы завернем в промасленную бумагу несколько бутербродов и отправимся в горное путешествие.
и будем совершенно неприлично счастливы.

продолжение следует.

@темы: johan, merenneito, no words, skandinavia, девочка-море, олени

00:57 

не тебя ли гонят псы мои, шаман?
это такой день, который я хочу нарисовать, затолкать в стеклянную банку, записать словами моего детского секретного языка, запомнить навсегда.

мы начинаем отмечать день рождения моей яны whale rider черничным raw-тортом из matapoteket на тихом, плавном и пустынном пароме в архипелаге, курс на остров sandhamn, четыре пластиковые ложки, наша восхищенная собака под столиком,
паром мчится, крошечные острова, совсем необитаемые, совсем голые, покрытые редким сосновым лесом, несколько домов, несколько лодочных причалов,
наш остров - особенный, оживленная деревенька, заполненный ресторанчик, где подают жареную селедку и местную островную похлёбку с креветками,
маленькая кофейня, крошечная пекарня с самообслуживанием, тут нет продавца, можно взять с прилавка круглый темный хлеб с изюмом или булочку с корицей и положить деньги в маленькую коробочку,
красные деревянные дома, лодочные сараи, цветущие вишни и яблони,
выступающая из острова покатой спиной кита серая скала, которая служит здесь центральной площадью,
запах цветущих деревьев, соленой морской воды,
огромные окна домов, пока пустующие причалы, скоро остров ввинтится штопором в летнее сумасшествие, заполнится смехом, яхтами, голосами, всё изменится.
мы успеваем поймать один из последних дней тишины и абсолютного спокойствия, за деревенькой начинается редкий сосновый лес, гигантский черничник, шишки и хвоя под ногами,
мы идем прямо к пустынному песчаному пляжу, где между скалами стихает ветер,
к соленому запаху моря примешивается крепкий аромат нагретых майским солнцем сосен, это совершенно идеальное сочетание.
в. окунается в ледяную воду, мы разводим костер.
у нас есть свежий хлеб с орехами, козий сыр, банка хумуса, овощи, зеленые листья салата,
мы закапываем крошечные молодые картофелины в обжигающий песок под нашим маленьким костром,
лесное вино из черники и брусники, горячие ярко-желтые початки кукурузы,
мукла пробкой прыгает в волнах, а потом с головой зарывается в теплый песок,
это чувство, когда все кусочки паззла наконец встают на свои места, плеск волн, свежий морской ветер, тяжелые капли быстро пролетающего над нами дождя, глухой гул черных вертолетов,
пение птиц, ветра и сухой травы, наши разговоры, которые значат так ужасно много и в то же время - ничего, когда все наши слова попадают в рокот волн и этого особенного ветра, пронизывающего все голые острова гигантского архипелага,
именно сегодня, именно сейчас, именно за несколько часов до заката, именно тогда, когда жар от костра тяжело дышит в наши спины -
мы такие совершенные.
мы такие идеально созданные, продуманные - именно для этого пустынного острова, именно для этого морского ветра, именно для этого солнца, ныряющего в свинцовые волны северного моря.
я очень надеюсь, что у тебя получился хороший день рождения.
я очень тебя люблю, яна.

@темы: johan, merenneito, skandinavia, sverige, девочка-море, мукла, олени

01:25 

не тебя ли гонят псы мои, шаман?
я хочу написать про многое.
про то, как в риге внезапно идет снег, а у меня новенькие тимберленды и оранжевый стакан с кофе из coffee inn, и я счастлива до кончиков ушей,
про долгие прогулки, бирюзовые стены, кривые крыши,
про новые улицы, замороженный йогурт со вкусом вкусом марципана, про то, как течение неделя за неделей носит меня через балтийское море туда и обратно,
про аландские острова в пустынное пасхальное воскресенье, когда я забираюсь высоко на гору и среди сосен, мха и тишины пью глинтвейн из ярко-желтого термоса с видом на свинцовую воду и острые корабельные мачты,
про лужайки крокусов, набережные и витиеватые башенки солнечно-желтых деревянных домов,
про четыре книжки с картинками, которые я сдаю в редакцию, про семь кружек кофе еще до обеда в работе над театральными афишами когда я главный дизайнер, и на мне висит три проекта одновременно,
про то, как весна превращается в осень, я прячу руки в карманах и готовлю осенние ароматные обеды: запекаю оранжевые овощи в заправке из меда, кунжута, шафрана и лимонного сока, делаю хумус и фалафель, пеку яблочные пироги и крошечные порционные пиццы с начинкой из лесных грибов и тягучего сыра,
снова варю глинтвейн, и мы идем на шаткий и певучий деревянный причал на älgö и слушаем ветер и волны,
про то, как этой весной ветер поет разными голосами, про град и мимолетные снежные бури, про то, что в рюкзак всегда надо класть запасные шерстяные носки, дождевик, солнечные очки и солнцезащитный крем, термос и таблетки от кашля,
про "ты или никогда", про карандашные наброски, про то, как мы красим стену в цвет мха и морской воды,
всё хорошо.

@темы: олени, девочка-море, sverige, skandinavia, merenneito, johan

12:35 

не тебя ли гонят псы мои, шаман?
(длинно и сахарно про снег и рождество, осторожно)

пышное ковбойское платье с лоскутным подолом, нижними юбками, корсетом и кружевами - всё как полагается, грубая шерстяная кофта, лохматые кудри под вязаной шапочкой, - сейчас я такое незадачливое сказочное существо - гном или хоббит или что-то такое смешное и несуразное,
мы бредем на традиционный рождественский ужин в koloni - четвертый (пятый?) год подряд, - невыносимая зеленая трава под ногами, глухое ворчание моря, страдающего от тяжелой бессонницы и хронического недостатка льда, соломенный рождественский козлёнок, горящие свечи, целая вселенная несоответствия,
зато внутри все остается неизменным - танцующий огонь в камине, копченый лосось, шафрановый соус, пирог с брокколи и бри, горячая похлебка с чечевицей, корицей и апельсином,
на рождественской ярмарке белобрысая девочка печет для нас вафли, щедро поливает их взбитыми сливками и морошковым вареньем, целый снегопад из ванильного сахара, у меня замерзают руки,
утром я вижу на траве хрупкий сахарный иней,
а потом снова начинается дождь.

рождество бродит вокруг притихшим бледным призраком, оконные звезды расплывчато светятся в дождевых каплях,
и я вдруг понимаю, что я больше не могу, внутри себя я вою от бесконечной, безудержной снежной тоски, вторая бесснежная зима подряд - и я тоже превращаюсь в тихого грустного призрака самой себя,
следующие несколько дней я одновременно доделываю оставшиеся перед каникулами школьные задания, выигрываю рождественский конкурс по анимации, строю рыцарский странный замок из имбирного теста,
и - провожу часы на сайтах с арендой зимних домов, переписываюсь с хозяевами, изучаю толщину снежного покрова в разных шведских регионах, тысячу раз перепроверяю прогноз погоды,
и, наконец, нахожу - крошечный домик в деревушке mörkret, это значит "темнота", и я понимаю, что я нашла все, что нам нужно.
маленький домик в заснеженной горной глуши, кромешная тишина, бесконечный сосновый лес, северные олени, медвежьи тропы, быстрая серебристая рыба в незамерзающих кристально-прозрачных горных речушках,
камин, залежи дров, духовка для моей индейки,
пропускаю все - нервные дни перед отъездом, дедлайны, сумасшедшая упаковка вещей, безумный невыносимый стокгольм, зараженный теплыми дождями и тяжелейшей предпраздничной лихорадкой,
в ночь перед отъездом я пеку пряный влажный рождественский яблочный пирог по джейми оливеру, - в два часа ночи кухня заполняется густым праздничным ароматом, и все наконец становится хорошо.
примерно сто километров до дома, время приближается к полуночи, и начинается совершенно сумасшедший снегопад - как будто бездонное звездное небо с треском рушится на нашу маленькую одинокую машину,
я не знаю, почему наша деревушка называется "темнота", но тут точно есть что-то магическое - темнота здесь такая глухая, плотная и безграничная, что я никогда в жизни не видела ничего подобного,
луна куда-то провалилась, даже звезды сейчас светят здесь бледно и слабо,
мукла выкатывается из машины в сугроб клубком абсолютного космического счастья, я - тоже,
мы пробираемся в наш домик через сорок сантиметров снега по призрачному свету фонарика,
юхан разжигает камин, я варю глинтвейн,
под утро мы засыпаем на уютном кухонном диванчике под треск каминных дров и какой-то невозможный фильм,
юхан бегает в машину за чем-то забытым
и говорит - дарья, здесь т-а-к темно, и в лесу полно троллей и медведей.
(медведи спят, но тролли-то нет)

утром мы обнаруживаем, что за нашим окном серебряный сосновый лес опускается вниз по горным склонам, сосновые макушки в лучах восходящего солнца светятся почти нестерпимо,
завтрак (рождественская ветчина, горячие тосты с выдержанным на виски сыром) с видом на медленный ватный снегопад,
тотальное одиночество,
абсолютное космическое счастье.
мы с муклой прыгаем в бездонных сугробах вокруг дома, я в пижаме, мукла в сумасшедшем восторге, мы на вершине сурового горного плато, идет снег - пушистые мерцающие созвездия, юхан варит кофе,

проводим день в горнолыжных деревушках - розовощекие дети, скрип лыж, серебряные склоны, мохнатые лошадки с колокольчиками в упряжке, замерзшая трава на крышах,
горячий гуляш и глинтвейн у камина,
вафли с морошковым вареньем,
замерзшие ноги, горящие щеки,

за ночь температура падает в -17, прозрачное ясное утро, мы с муклой выбираемся в снег перед завтраком, и все это забытое накрывает меня с головой - восхитительная кристальность, дрожащий воздух, пощипывание быстро розовеющих щек, безграничная чистота, свежесть, я так остро чувствую себя живой,

бродим по гигантскому национальному парку fulufjället, проваливаясь в снег по пояс - совершенно сумасшедшее ощущение тишины, собственной незначительности в этом суровом горном мире, бескрайнего восхищения, счастья и удивления,
пробираемся по узенькой тропинке к самому большому водопаду швеции,
мы слышим издалека его глухое рычание, он уже замерз одним боком и переливается бирюзовым льдом в лучах заходящего бледного солнца,
по всему парку разбросаны крошечные деревянные домики - сюда можно забраться через низенькую дверь, развести огонь в печке, высушить над огнем варежки и ботинки, слопать кусок принесенного с собой яблочного пирога,
и пойти дальше.

под снегом сочится хрустальная вода, небо разгорается оранжевым и малиновым, каждый северный закат прекраснее предыдущего,
в särna каждая веточка каждого дерева обрастает сияющим инеем, студеная осторожная неподвижность, зыбкий воздух,
белоснежные деревья, розовое нежное небо за мгновение до того, как деревню снова оплетет кромешная темнота.

в сочельник за завтраком за окном валит снег - больше мне не нужно никаких подарков, сегодня пасмурно и туманно, снежинки переливаются в воздухе, туман слизал окружающие нас горы, воздух влажный и тяжелый, холодно, ресницы мгновенно покрываются тяжелым инеем, у муклы белеют брови и усы,
мы выпиваем два глинтвейна в самом уютном на свете горном пабе, а потом долго гуляем по пустынному idre, промерзаем насквозь, видим всё это сказочное - сахарные крыши, заснеженные елки с мерцающими огоньками, гномы, звезды, свечи, олени,
все эти северные деревушки до сих пор хранят все то, что давно уже исчезло из стокгольма - люди здесь честные и открытые, дома и машины никогда не закрываются за ключ,
машины останавливаются, чтобы просто поздравить незнакомых нас с рождеством,
идеальное рождество - только мы и наша лопоухая собака, солнце садится в три, окрашивая небо фиолетовым и бирюзовым, мы мчимся домой, чтобы развести огонь в камине и поджарить на нем каштаны,
приготовить рождественский ужин, зажечь свечи по всему дому, поставить в кувшин заиндевелые лохматые еловые ветки,

меню:
за день до сочельника: запеченная в духовке индейка в горчичной панировке, глазированные в яблочном соке и белом вине печеные зимние овощи, спаржа и всякие мелочи.
сочельник: индейка в соусе из сливок и сухого яблочного сидра с яблочными ломтиками, брюссельская капуста с чили, имбирем, жареными орехами и лаймом, традиционная красная капуста, тушеная в глинтвейне с медом, перцем и яблоками, копченый лосось, печеные на огне каштаны.

в последние ночи небо вдруг бешено разгорается звездами,
после ужина мы осторожно гуляем вдоль стены черного тролльского леса под сказочным звездным светом, здесь нет ни домов, ни людей, ни фонарей - только тревожно потрескивающий лес, бешено сияющее звездное небо и молчаливые сугробы,
мукла идет рядом осторожно, бесшумно, прислушиваясь к каждому шороху.

в последний вечер юхан готовит для меня mulled cider, я натягиваю на уши капюшон пижамы onepiece, беру горячую кружку, муклу, и выхожу в снег - слушаю хруст под ногами, разглядываю все знакомые созвездия, дышу пьянящим морозным воздухом,
прощаюсь с моим идеальным миром на еще какое-то время.

наступает время уезжать, мы делаем все быстро, почти не разговаривая -
убраться в доме, выгрести золу из камина, соскрести синий лед с машинных стекол,
оставляем рождественские подарки следующим жильцам - еловый букет, свечи, только что распустившийся розовой гиацинт, апельсины, украшенные гвоздичными палочками,
небо светлеет, горы проявляются вокруг, как переводные картинки,
мы едем через наше снежное, обледеневшее, заиндевевшее королевство через самый ослепительный в моей жизни рассвет.

---

"видишь ли, - сказала она, - столько самого разного случается лишь зимой, а не летом, и не осенью, и не весной. зимой случается все самое страшное, самое удивительное. являются всякие ночные звери и существа, которым нигде нет места. да никто и не верит, что они есть на свете. ведь все остальное время они прячутся. а когда выпадает белый снег, ночи становятся длинными, наступает покой, и всё погружается в зимнюю спячку - вот тогда они тут как тут".

@темы: johan, merenneito, skandinavia, девочка-море, мукла, олени

13:38 

не тебя ли гонят псы мои, шаман?
у эскимосов есть много красивых слов про снег, а у горных северных жителей должно быть хотя бы столько же красивых слов про туман, я думаю об этом, когда мы выходим из хижины писателя в наше последнее утро в tromsø и пробираемся к risø почти что на ощупь,
туман, густыми вязкими потоками стекающий с горных макушек, похож на то, что на тролльских кухнях высоко в снегу сегодня выдалось неспокойное утро - вязкая каша и густое молоко убегают из их гигантских кастрюль прямо на городские улицы,
совсем другой туман похож на то, что совсем высоко на пустынных голых равнинах пасутся огромные белые животные, они чешут бока об острые горные хребты, и рваные клочья их белой призрачной шерсти опускаются в город и зацепляются за верхушки крыш и печные трубы,
густой туман над водой похож на то, что русалки топят свои подводные камины, и густой водный дым, пахнущий водорослями, поднимается на поверхность, чайки ныряют в туман и исчезают,
нам совсем не хочется уезжать из tromsø - наш маленький арктический город северных оленей, полуночного солнца, северного сияния, грохочущих на ветру жестяных крыш и прочей заполярной магии,
я буду много по тебе скучать и много о тебе думать,
тысяча километров до трондхейма по узким горным дорогам, фьорды, снежные горы, лазурная вода,
очень жарко, очень долгий день,
но - голое горное плато очень высоко, недолгая передышка, температура быстро падает, черные облака клубятся как пар над ведьминскими котлами,
здесь нет ничего кроме чистейшей прозрачной красоты глубокого севера - мшистые камни, скрюченные карликовые березы, ревущие горные реки, снег сползает прямо к дорожной обочине, а северные олени проносятся внезапной ураганной тучей, грохоча копытами по камням,
полярный круг - очень холодно, очень восхитительно, галдящие туристы, башенки из камней,
"I've crossed the arctic circle" - и я смеюсь и думаю, да уже в который раз.
я забралась в снег почти что с головой, кеды мокрые, дорога теперь будет виться вниз, а температура подниматься, я научусь это переживать.
пять лет назад я уже знакомилась с трондхеймом - это было быстро, жарко и незадачливо, в этот раз любовь накрывает меня с головой, и я нахожу еще один путь к отступлению,
трондхейм - это идеальная смесь старых деревянных домов, белоснежных дорогих вилл, рыбацких хижин на сваях и возмутительно-модных кофеен с лучшим кофе в северной европе, это гудящие рестораны, тихие холмистые улицы, единственный в мире bicycle lift, квартиры-люкс с видом на море и золотые горные закаты и острые шпили древних деревянных церквушек,
(весь город - это как будто такой большой сёдермальм, только совсем не так много хипстеров, бород, бирюзовых волос и исключительных странностей),
за два дня мы проходим 45 километров - очень крутые холмы, очень много кофе, очень жарко, горячий летний трондхейм пахнет сладким клевером, жасмином и распускающимися липами, бушующий ветер, который почти никогда не стихает,
в разгар вязкого, обжигающего дня я нахожу в mood of norway идеальный канареечный дождевик - точно такой, о котором всегда мечтала, но никогда не могла найти,
я бережно кладу его в бумажный пакет с зототым трактором, выхожу на улицу, и восхищенно смотрю на то, как стремительно трондхейм заволакивается густыми черными облаками,
я смеюсь, когда первая капля дождя падает мне на нос.
дождь идет всю ночь, мы в первый раз не завтракаем в саду среди чаек и вишневых деревьев, на мокрых деревянных столиках сегодня лежат облака,
мы уезжаем молча,
du aner ikke hvor mye jeg savner deg.

@темы: johan, merenneito, skandinavia, девочка-море, олени

23:41 

не тебя ли гонят псы мои, шаман?
день рождения, мой новый холодный город, я снова вижу в окно заснеженный горный бок, я снова одеваю свитер юхана и толстые шерстяные носки, чтобы спуститься к завтраку,
ровно год назад это был рейкьявик, желтые леггинсы, банановый skyr, тосты, шампанское, холодное июльское утро за окном,
сейчас - tromsø, полярный день, солнце никуда и не ложилось, но утром город укутывается толстой шалью из вязких горных облаков - новое холодное утро, шампанское, коричневый норвежский сыр, пахнущий карамелью, мягкий козий сыр для горячих тостов, всё те же желтые леггинсы,
полярное лето - мое самое правильное лето на свете, белоснежный песок норвежских пляжей, светящаяся бирюзовая вода, разноцветные ракушки, остроносые крикливые птицы оставляют на камнях колкие шкурки морских ежей, цветущий маленький мир в густом мхе, рыбацкие деревушки, деревянные дома на сваях, пустынные шаткие причалы, яркие чистые цвета, сильный ветер, приносящий с гор мятный запах снега и кристальных водопадов,
порт с кораблями, уходящими на шпицберген, размах крыльев альбатросов, запах моря и рыбы,
мешок с подарками, библиотека с детскими книжками, прекрасный высоченный викинг в любимой кофейне каждый раз рисует на нашем кофе что-то новое,
я покупаю цветные карандаши разных оттенков синего и вязаную шапку-сову,
в kaffebønna, мы находим путеводитель, который называется
a poor man's connoisseur guide to the best and "wurst" of the "coolest" city in the north except perhaps Reykjavik, with grateful thanks to the Gulf Stream.
город, который очень хочется обнять.

@темы: johan, merenneito, skandinavia, девочка-море, олени

22:01 

не тебя ли гонят псы мои, шаман?
в последние дни (месяцы?) я работала столько, что я потеряла счет всему - времени, дням, неделям, событиям и словам; я столько рисую, что в моей голове бушует настоящая война - все мои бесчисленные персонажи уже давно передружились и перессорились, переплелись в тугой клубок и периодически устраивают склоки и неразбериху, в моей голове зарождаются и умирают вселенные, гаснут и вспыхивают звезды, пудинг давно пора было уносить, поэтому мы затолкали в сумку исландские свитера, шерстяные носки, пару книжек и бутылку ягодного вина из суровых шведских лесов и уехали на север,
в gävle мы ужинали ревенем с перченым мороженым, в sundsvall мы пили латте с медвежьей рожицей на пенке и видели целую сотню разноцветных дракончиков, в umeå мы видели чумы, в luleå мы пили утренний кофе, ели малину и думали о рейкьявике - невысокие цветные жестяные дома, северный воздух, и сирень только распустилась, в pajala по улице в центре города брел невозмутимый северный олень, обиженно удравший от нашего внимания на игровую площадку детского садика,
в pajala есть одна единственная кофейня - и это настоящий островок волшебства в приграничной шведской глуши - восхитительный кофе, смешные картинки на стенах, пряная облачная пенка моего специального chai latte без сахара, смешливая хозяйка, плюшевый олень на диване,
потом мы едем дальше, за финской границей всё как-то меняется, и мне становится ужасно радостно, северные олени бродят вдоль дороги уже целыми стадами, смотрят на нас неодобрительно, машут гигантскими мохнатыми рогами, щиплют траву у самых ног, морщат бархатные носы и вообще не считают нас за людей,
целый день едем по northern lights route - счастье, одиночество, пустынная дорога вверх и вниз, мох и лохматые карликовые березы,
иногда мы проезжаем через черные дождевые тучи прямо насквозь - мне кажется, тучам это нравится, они хихикают и проливаются крупным сильным дождем, начисто отмывающим нашу машину,
горы залиты снегом, как сахарной глазурью, мы оставляем машину у подножия необъятной безымянной горы и карабкаемся вверх, северный ветер, разноцветные крошечные цветы во мхе, который пружинит, шуршит и шелестит под ногами; мы добираемся до первого сугроба, я опускаю руки в мягкий и рассыпчатый снег, и все снова становится хорошо,
играем в снежки на самом закате июня, мои кеды промокают насквозь, я смеюсь до вершины горы и обратно,
случайная швейцарская кофейня in the middle of nowhere - круглая и розовощекая прекрасная швейцарская тетушка переехала в лапландскую финскую глушь, печет классические швейцарские десерты и раскладывает mövenpick по вафельным стаканчикам посреди оленьих пастбищ, тишины и бескрайних мшистых равнин, это так прекрасно,
в горных реках шумно прыгает лосось, кромка льда у самого берега, незаметная граница с Норвегией и финальный отрезок дороги до tromsö.
мы останавливаемся в хостеле bed&books, наш дом называется writer's home, я плачу от восторга - огромная библиотека, уютная спаленка под покатой крышей, на стенах можно рисовать, подушки на полу в гостиной, яблочный пирог на кухне, древняя печатная машинка, теплый пол, на одной двери крупно написано по-русски - "слона можно мыть вечно, но зачем?",
и действительно.
город за полярным кругом, снежные макушки гор, в час ночи в окно ярко светит солнце, кричат чайки, протяжно гундосит hurtigrutten - ужас, как хорошо.


@темы: johan, skandinavia, sverige, Финляндия/Suomi, девочка-море, олени

00:16 

lock Доступ к записи ограничен

не тебя ли гонят псы мои, шаман?
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
02:55 

не тебя ли гонят псы мои, шаман?
самый довольный в мире олень


@темы: олени, sverige, skandinavia, johan

04:51 

не тебя ли гонят псы мои, шаман?
(на полях)

в норрланде, конечно, тоже весна.
утром я сползаю с чердака прямо в озеро жидкого и горячего солнечного света, разлитого по светлому деревянному полу,
выхожу на улицу в пижаме, и мне почти жарко,
вижу окружающие меня горы, переливающиеся снежные макушки, забираюсь в сугроб по колено и наконец все отпускаю.
подогретые хлебцы и кофе на завтрак,
аккуратно прикрепляем к ботинкам снегоступы, впереди долгая дорога,
пять километров идем все время вверх, с каждым метром вид становится все восхитительнее, я становлюсь сильнее, горы молчат, редкий прозрачный лес, тонны, тонны, тонны ослепительного снега, тишина и полное одиночество,
раздеваемся до футболок, жарко и снежно,
на самой вершине горы нас настигает ураганный ледяной ветер,
на самой вершине горы лежит маленький деревянный домик с вафлями,
мы добираемся до него совершенно без сил,
забираемся внутрь, видим из огромных окон все горы и леса далеко внизу, хочется кричать от восторга,
заказываем горячий гуляш и только что испеченные вафли с морошковым вареньем,
прямо за окном сладко спит парочка мохнатых северных оленей,
ветер свистит и с грохотом вгрызается в крышу,
я счастлива.
вечером я варю прощальный глинтвейн по рецепту марты кетро, забрасывая в кастрюльку все, что оказалось под рукой в последний вечер в не твоем доме,
у меня - сухое красное вино, черный перец, немного жидкого меда, немного тимьяна, несколько яблочных ломтиков, глоток сока, глоток виски,
пью его по традиции в сугробе и пижаме, надо мной безумное звездное небо, больше всего на свете я хочу, чтобы никогда не надо было никуда уезжать.
подбрасываю последние дрова в огонь, вбиваю в поиск "купить северного оленя" (нельзя, если ты не саам),
оленя (обязательно белоснежного) я бы назвала луми.


@темы: johan, skandinavia, sverige, мукла, олени

04:36 

не тебя ли гонят псы мои, шаман?
(на полях)

сегодня мы проснулись на нашем чердаке кристально счастливыми, сварили найденную в шкафу овсянку, потом я выкатилась из двери прямо в необъятные сугробы still in my pyjamas,
пили кофе в домике на лыжном склоне, где все румяные, голодные и лохматые, а за окном медленно плывут подъемники,
ехали выше и выше, видели горы на норвежской границе, видели снежную бесконечность, видели, как сосновый лес сменился редкими карликовыми березами, они такие мохнатые и взъерошенные, как живые,
на высоте тысячи метров добрались до маленькой саамской деревеньки, видели белоснежных северных оленят, были в середине огромного оленьего стада, забрасывали своему оленю лассо на ветвистые рога, маленькая саамская девочка надела на оленя расписную узорчатую уздечку, ее смешной папа саам глен накрыл толстыми шкурами нашу упряжку, и наш олень умчался в снежные поля, раскидывая снег из-под копыт восхитительным фейерверком,
олень сам нашел дорогу домой, он такой умный и удивительный, глен развел для нас огонь в крошечной покосившейся хижине с земляным полом и щелями в стенах, мы сушили у огня одежду и ели холодный пирог,
наверно, я никогда не забуду этот день.
лентяйничали, растапливали камин, варили кофе и настоящий северный суп из корнеплодов,
из крошечного окошка в сауне видно всю гигантскую лыжную гору, светящиеся огоньки на ее макушке, снежный лес,
где-то жалобно воет волк,
вечерняя прогулка в десять километров, тишина, пахнет дымом и лесом, мартини в пустынном баре у подножия горы, счастливая собака, огромные звезды, совершенно прекрасный мир.


@темы: олени, мукла, sverige, skandinavia, johan

02:58 

не тебя ли гонят псы мои, шаман?
пыльный и шумный стокгольм, потерявшей рассудок от весны, первых солнечных лучей, шквального ветра и сонных рассеянных людей, только выбравшихся из глубоких зимних нор, остается позади,
с каждым километром на север мне становится труднее дышать, я превращаюсь в запутанный беспорядочный клубок счастья, сомнений, острой снежной тоски, безнадежного осознания того, что только глубоко на севере я смогу жить по-настоящему,
дорога начинает виться и закручиваться, забираясь все выше и выше, я вижу прозрачные сосновые леса, синие молчащие озера с кристальной водой, быстрые шуршащие реки, километры мха, хрупкий прозрачный лед,
останавливаемся на кофе в hudiksvall - старые деревянные рыбацкие дома на сваях, ледяной ветер, пронзительный чаячий крик,
потом мы сворачиваем с большой дороги и едем круто вверх, стремительно темнеет, дорога сужается, на обочинах внезапно вырастают метровые сугробы,
мы приезжаем в нашу горную деревеньку lofsdalen, хозяйка дома оставила ключи в синем почтовом ящике, начинается снежный шторм,
к двери нашего дома вырыт снежный туннель,
в камине горит огонь, у нас есть сауна и лофт под самой крышей с мягким матрасом на полу, за окнами бесчинствует вьюга,
мукла зарывается в сугробы и счастлива так, как только может быть счастлива маленькая зимняя собака,
я пью норрландское вино из черники и брусники, огонь в камине догорает,
сейчас мы с муклой выберемся наружу прямо в метровый снежный восторг, а потом я заберусь в наш подкрышный лофт по деревянной лесенке, залезу к юхану под теплое одеяло и пойму, что сейчас в этом мире нет никого счастливее меня.


@темы: johan, skandinavia, sverige, мукла, олени

23:53 

не тебя ли гонят псы мои, шаман?
наступило то самое время, за каждый час которого я могу отдать половину моего королевства, мой выдуманный лисий хвост и, наверно, даже моего придуманного дракона.
январь быстро закончил все ведьминские пляски нескончаемого ноября, пошел строгий, серьезный снег - сухой, медленный и восхитительный, январь быстро закрыл рот вечно болтающему морю, мы с муклой несколько раз в день бегаем на побелевший и присмиревший пляж с зарытыми в песок желтыми лодками, и мукла проверяет, на сколько сантиметров вырос лёд,
лёд растет медленно, мукла проваливается в ледяную воду и ужасно этому счастлива,
лёд со скрипом вырастает на сантиметр за неделю, снежный слой - изоляция, холоду тяжело проникнуть глубоко в воду,
но он растёт, медленно, но крепко, в воскресенье мы берем коньки и едем в sundby gård - первый раз в этом году,
лёд похож на космос - все его разломы, трещины, волшебный синий свет, пробивающийся из глубины, мягкое серебристое свечение,
острый свист ветра в ушах, мягкий звон отлетающих от лезвий крошечных льдинок, мерный скрип коньков, лучшая на свете музыка,
глубокое замерзшее озеро быстро темнеет, мы остаемся в одиночестве, встречный ураганный ветер бешено бросает меня из стороны в сторону, лёд становится чёрным, удивительным, как пропасть,
и мы с сожалением выбираемся на берег,
весь мир превратился в бесконечную страну чудес, мягкий и прозрачный зимний свет, бледные и бархатные пасмурные дни,
прогулки становятся всё длиннее, забираемся на skinnarviksberget в темноте и молчании, видим сверху весь город, белые сахарные крыши, оранжевые расплывчатые огни в чёрной воде,
старые каменные дома, покосившиеся стены,
кофе в johan&nyström, в последнее время кофе хочется пить только здесь, сидя на подоконнике на толстой белой шкуре,
перешла с латте на кортадо, мой идеальный кофейный напиток,
совсем недавно мы сидели в johan&nyström с васюхиной Черный Шут и я думала, что расскажи мне об этом пару лет назад - васюхина, сиреневый стокгольмский вечер, внезапно налетевший стремительный снежный шторм, бирюзовая обложка "плохих кошек", лучший кофе в городе - я бы ни за что не поверила,
бариста спросил нас с васюхиной - на каком языке мы говорим, исландском или фарерском?
я ношу всё, по чему так безумно скучала: лопапейсу, белую вязаную шапку от mischa lampert и весь миллион цветных шапочек из альпаки, толстые шерстяные носки, лисьи варежки, длинные шарфы,
и у меня голые лодыжки и дыра на коленке, всё как полагается.
мукла отламывает серебряные звонкие сосульки от заиндевевших скал,
третий день не стихает громкий штормовой ветер, море сухого тростника шелестит и ходит волнами,
в субботу я лечу в питер, брат покупает в париже "вдову клико",
мне хочется много писать здесь обо всём, но у меня писательский курс, я пишу новеллы, рецензии, зачатки к романам и эссе, всё на шведском, и в этот бездонный колодец утекают все мои буквы.

@темы: johan, merenneito, skandinavia, sverige, девочка-море, мукла, олени

16:10 

не тебя ли гонят псы мои, шаман?
приехали на час раньше и медленно брели к fjällgatan через мокрый дождливый sofo, случайно заглянули в cissi och selma, купили мне совершенно мюмлинское рыжее вельветовое платье в стиле 60х, я так в нем и осталась,
после двухнедельной разлуки встретились на скалах во влажной стокгольмской темноте, - как будто никогда и не расставались, - снова hermans, меняющиеся тарелки, ароматные специи, горячий пар, лодочные огни в черной воде,
нашли почти что безнадежно потерянное, крепко поверили в волшебство, рождественских гномов и хороших людей),
снова медленно брели через город, снова забирались в chokladkoppen, с каждом шагом превращаясь в тоненьких и низеньких домашних эльфов, снова заказывали горячий шоколад (толстая шапка взбитых сливок, россыпь какао), латте (быстрый рисунок шоколадным сиропом на густой молочной пенке), espresso con panna (идеальный напиток для маленького домашнего эльфа, маленькая сливочная шапочка), снова счастливо теснились за крошечным столиком, снова радовались каждой минуте вместе,
возвращались домой с бумажным пакетом - кокосовое масло, сушеные ломтики манго, тофу, паста тахини, мягкие финики,
утро, быстрый завтрак (манго, питайя, киви, клубника), следующая остановка - наша уютная пекарня, утренний запах свежевыпеченного хлеба на весь saltsjöbaden, несколько крошечных булочек и кофе с собой,
стокгольм закутан в туман, в воздухе висит серебряная дождевая морось, götgatan совсем еще не проснулась, покупаю в lush гель для душа с запахом скошенной травы, ныряем в беспорядочный и уютный суматошный мир södermalm, бродим по странным и прекрасным магазинам, едим третий хоббитовский завтрак (замороженный йогурт в honeycomb, крошечные капкейки из cupcake sthlm (делим всё на четверых),
быстрый ланч в blue lotus, кофе,
жёлтый скетчбук, жёлтая утка для муклы,
pärlans, где девочки в полосатых свитерах прямо на глазах делают тягучую и горячую карамель - с морской солью, ромом, шафраном, лакрицей, покупаем горсть мягких ирисок, долго любуемся,
новые магазины, "give me coffee and no one gets hurt", в urban deli покупаем охапку свежих эко-овощей для ужина - кольраби, фенхель, брокколи, охапка бумажных пакетов,
возвращаемся за свежим хлебом в fabrique (курага, орехи, тыквенные семечки),
(это запись не про вкусы и запахи, ну или да, не совсем про это, это запись про то, как нам хорошо вчетвером, и как здорово запоминать все маленькие детали, и про то как яна когда-то писала, что "мы четверо - что-то тайного ордена, хотя нет никакого заговора, и
что в каком-то смысле мы никогда не расстанемся: в том, что связывает
нас, нет никакой тайны, но ничто не может связать людей сильнее",
и мы видим арктику на огромном куполе cosmanova, и белые медведи ужасно похожи на муклу, или точнее мукла - на белых медведей, и у меня внутри цветет счастье и боль, и целые соцветия других необъяснимых эмоций, мне хочется лечь лицом в снег и лежать неподвижно,
мы говорим об этом в гигантском холле naturhistoriska, когда фильм заканчивается - всего несколько фраз, но я вдруг думаю, что никто и никогда не поймет меня так, как меня понимает яна, тут всё очень просто, либо ты когда-то был белым медведем или инуитом, либо нет, а мы - были.
хотела написать, что это был лучший вечер в году, но подумала, что год еще тоненький и прозрачный, как кусок сыра, а ценность этого вечера вообще не измерить никакими временными рамками, но мы пришли домой, нагруженные свертками и бумажными пакетами, и яна и в. готовили ужин, а мы крутились под ногами и чуть-чуть помогали, и мы ставили цветные овощи в нашу смешную духовку, которая шумно дышала и выдыхала клубы пара, как маленький дракон, и ужин получился восхитительным, и я никогда не забуду это время, мерцающий свет от свечей, то, о чем мы говорили, и как тепло было внутри,
кофейная вечеринка, волшебство от строптивой канареечно-желтой ascaso и баристы в., последний бокал тягучего семилетнего вина, вечер медленно, но непреклонно переходит в ночь, мы расстанемся, когда до рассвета будет еще несколько часов, и когда в saltsjöbaden, сонно пыхтя и громыхая, приедет первый утренний поезд,
и я не знаю, когда мы увидимся снова, но я точно знаю, что это стоит того, чтобы ждать.


@темы: девочка-море, sverige, skandinavia, merenneito, johan, мукла, олени

00:58 

не тебя ли гонят псы мои, шаман?
искать рождественское настроение в теплом дожде и сильном южном ветре, в зеленой траве на бесконечных полях южной швеции и в распустившихся на лужайке за нашим домом подснежниках - безнадежное и совершенно бесполезное дело,
поэтому мы просто радуемся тому, что имеем.
звезды в окнах все равно светятся мягко и немного сказочно, черные бесснежные вечера заглатывают южную швецию очень быстро, утром в сочельник в каждой духовке подрумянивается ароматный золотистый окорок, щедро смазанный горчицей,
дедушка юхана ниссе, 94 года, печет рассыпчатые миндальные корзиночки, а розмари - имбирное тонкое печенье в виде елочек,
мукла прыгает в быстрых штормовых волнах и сладко спит под столом, накрытым красной рождественской скатертью, положив голову на мою ногу в толстом шерстяном носке,
свечи тихо потрескивают, тонкие шкурки мандаринов, крепкие скорлупки орехов, самодельные сливочные карамельки, шафрановый хлеб,
в копенгагенском зоопарке перед самым закрытием белый медведь с плеском и брызгами ныряет в воду, и мы видим его через прозрачный подводный туннель - он плавает над нами и перед нами, его белоснежная шерсть в воде серебрится и покрывается крошечными голубыми пузырьками, он плавает так, как будто танцует, и я никогда в жизни не видела ничего красивее,
вечером в копенгагенском тиволи загорается миллиард крошечных огоньков, крутятся сверкающие карусели, северные олени тычутся в руки теплыми бархатными носами,
мы пьем кофе со сливками и виски, глинтвейн с ромом, белый глег с амаретто, едим горячие вафли,
чем чаще я приезжаю в копенгаген, тем восхитительнее он становится.
мы видим стадо толстеньких лам, дышим морским ветром и сырым сосновым лесом,
мы зажигаем свечки на елке, пьем шнапс на анисе и кумине, стол трещит под рождественской едой,
штормовой ветер, мы идем гулять в черноте, мукла бежит впереди, и ее шерсть светится совсем чуть-чуть, почти незаметно,
рождественские гномы попрятались в свои норки,
дома нас ждет рисовая каша со взбитыми сливками и ванилью и счастливый тихий вечер,
с рождеством всех, кто празднует сегодня.

@темы: johan, merenneito, skandinavia, sverige, девочка-море, мукла, олени

03:48 

не тебя ли гонят псы мои, шаман?
яна whale rider и в. уехали в тишину håå, дома стало пусто, на столе стоит пряничный домик, облака такие низкие, что почти что забираются в окна,
мы встретились в самом центре звенящей праздничной музыки и сладких пряных запахов рождественской ярмарки в старом городе - очень правильное место для встречи, мы пили кофе и горячий шоколад в chokladkoppen - это волшебное место домашних эльфов, - ты заходишь внутрь, и с каждым шагом становишься всё меньше и меньше, и мы совершенно чудесным образом помещаемся вчетвером за крошечным столиком в самой глубине, и крошечные деревянные стульчики становятся нам в самый раз, и за окном цветет огромная рождественская ярмарка, и огромные люди едят огромное имбирное печенье и огромные глянцевые яблоки в карамели,
и мы долго бредем до hermans через быстро темнеющий город, мы видим старые деревянные дома, звёзды в окнах, скалы и чёрную воду, hermans пахнет индийскими специями и теплом, лодочки архипелага внизу огнями чертят на воде красивые узоры, утром прошел дождь, но сейчас он закончился, оставив после себя ароматную влажность и темноту.
мы завтракаем манго, плодами кактуса, тыквенно-огуречными пепино, тамарилло и физалисом и пьем кофе в красном домике на станции, мы едем в наш маленький тихий norrtälje и делимся всем, что кажется нам самым важным на свете - нашим собственным цветным мхом и брусничными зарослями, нашим холодным и счастливым видом на светящееся внизу море, узкими улицами, покосившимися деревянными домами у воды, маленькой кофейней landkrabban, свечами и неярким светом рождественских звезд,
мы едем пить кофе в уппсалу, и находим странную и уютную кофейню kafferummet storken, забитую сосредоточенными студентами, старыми креслами и скрипящими стульями,
вечером мы пьем березовое вино на нашей кухне, мукла счастлива от того, что мы все вместе, мы очень много говорим о важном, свечи пахнут специями и пирогами, у яны красивая узорчатая лоскутная юбка, никак не хочется разбредаться по комнатам и засыпать,
мы показываем яне и владо весь наш saltsjöbaden, мукла плюхается в воду с причала и плывет, фыркая от счастья и радости, мы видим золотой ледяной рассвет над морем, бредем через сырой ароматный лес, забираемся на самый верх к старым обсерваториям, рассматриваем старые виллы, мукла видит белку и тянет невесомую яну за собой,
рождественский ланч в koloni, яблочный глёг, пылающий огонь в камине, очень долгая прогулка через hammarby sjöstad, лодка на södermalm, ледяной ветер, у нас с яной синие шапки, городские огни, восхитительный кофе в johan&nyström,
дома мы устраиваем glögg-party, юхан и владо чертят и рисуют пряничный домик, мы с яной варим глинтвейн, раскладываем на тарелки козий сыр, хрустящие хлебцы, манго и груши, финики и оливки, яна раскатывает тесто, владо вырезает пряничные и сладкие стены, крышу, окошки и даже маленькую дверь, белая снежная глазурь, пахнет печеньем и волшебством, больше всего на свете хочется, чтобы этот вечер никогда не заканчивался.
три восхитительных дня,
скоро рождество.

@темы: олени, мукла, девочка-море, sverige, skandinavia, merenneito, johan

18:58 

не тебя ли гонят псы мои, шаман?
ноябрь строго говорит тебе: ну что, не наигрался ещё? сколько можно носиться и скакать, давай-ка, успокойся, причешись, забирайся под одеяло, не вертись, я выключу ночник, спи спокойно, я рядом, с тобой ничего не случится.
ноябрь тяжело обнимает тебя темнотой и тишиной, и ты так сладко засыпаешь.
если стоять на собственной горе, когда впереди глухо ворочается быстро чернеющее море, а сзади шелестит и скрипит спутанный тролльский лес, то можно увидеть, как рождается туман.
сначала он сворачивается клубком в самой глубокой ямке, и ты видишь, как он призрачно колышется, устраиваясь поудобнее, а потом ты отворачиваешься, и туман начинается переливаться и выливаться из своей норки, как убегающее молоко, и вот ты стоишь в вязкой призрачной дымке по щиколотки, а потом по колено, а потом исчезает море и проваливается под землю лес, а потом мы едем домой и видим только бледные фонарные пятна света, и больше ничего.
по велосипедной дорожке около самого дома бежит огромный невозмутимый лис.
ноябрь вообще - это туманы, постоянная зыбкость и ненастоящесть, иногда туманы рассеиваются к полудню, и из густого киселя медленно выступают худенькие макушки деревьев, башенки домов и кончики труб, а иногда - так и держатся, постепенно вмешиваясь в сумерки, и тогда я болтаюсь по городу, радостно увязнув в сладком тумане ногами и головой.
ноябрь - это когда лесистый холм за домом снова наводняется птицами, я кормлю их лесными орехами, и за один день на мой балкон залетает вертлявая стайка синичек, парочка взбалмошных соек, неуклюжая тяжелая сорока, несколько серьезных поползней и любимый дятел с взъерошенной алой макушкой.
крыши по утрам совсем белые и сахарные, на мокрых сосновых ветках раскачиваются белки,
у ноября есть тысяча разных дождей - тяжелые и медленные капли, прибивающие к земле последние почти черные листья, сильный и колючий дождь, проливающийся за шиворот, незаметный и неслышный дождь, от которого чудесным образом промокаешь насквозь, жемчужная морось, переливающаяся в фонарном свете, ливень, как перевернутое вниз головой море - под таким дождем мы бредем на встречу с .belka, и это точно самый радостный вечер этого ноября.
по ночам ноябрь укачивает в лесу грустные и тонкие голые деревья, и тогда поднимается сильный штормовой ветер, от которого жалобно скрипят дома и бьется в бессоннице море, на моем окне горит звезда, перед сном я подогреваю себе немного сидра со свежим имбирем, я почти готова опустить любимый темный и строгий и глубокий ноябрь и с головой нырнуть в рождественское безумие.

@темы: johan, merenneito, skandinavia, sverige, девочка-море, олени

13:55 

не тебя ли гонят псы мои, шаман?
две недели назад: я в самом эпицентре слепящего октябрьского пожара, я плетусь домой пешком, и проливной дождь щекотно забирается мне за шиворот, я собираю колючие шкурки каштанов, красные ягоды, тонкие прозрачные ветки, тяжелые мокрые листья, крошечные дикие яблоки и лесные орехи, шиповник и шляпки желудей, маленькие взъерошенные шишки, я забираюсь в мокрый лес, попадаю в сырой тяжелый листопад, в моих руках вырастает охапка бесценных октябрьских сокровищ, я улыбаюсь до ушей и стряхиваю с волос дождь и сосновые иголки.
вытряхиваю мои мокрые и ароматные сокровища на деревянный стол и до вечера кручусь на кухне маленьким ураганом - осенний кекс с тыквенными семечками, фетой и вялеными томатами, пряный тыквенный суп с орехами, тоненькая молодая морковка, запеченная в фольге с раздавленным чесноком, сидровым уксусом и тимьяном, запеченные каштаны, десятилетнее французское вино из маленькой глухой винодельни рядом с сен-тропе,
вечером мы устраиваем самую настоящую осеннюю вечеринку только для нас троих (шерстяные носки, горячие шкурки каштанов, тепло духовки, огоньки свечей, сонная собака, шуршащий дождь, запах мокрых листьев),
утром я еду в аэропорт в пустом автобусе и вижу только что проснувшийся город, велосипедные потоки, очень занятых пекарей, мокрые после ночного дождя скалы, залитые жёлтым лиственным морем,
медленно пью мой чай с лимоном и выхожу из самолёта в свистящий мокрый ветер любимого города,
пять дней я наслаждаюсь сладким бездельем, одинокими прогулками по пятнадцать километров, моим прекрасным городом и моими любимыми людьми, бесконечными новыми кофейнями и самой удивительной в мире погодой,
я вижу косой острый дождь со всех сторон сразу, град, снег, грозу, слепящий солнечный свет, ужасно высокое небо,
гигантскую живую тучу, похожую на дракона, которая приносит с собой беспросветную черноту и мимолетный ревущий шторм,
тихие солнечные дни, когда на лужах блестит лёд, а мои руки замерзают в глубоких карманах синей куртки,
тогда я пью глинтвейн, чай масала в любимом teplo, черно-смородиновый латте и кофе с облепихой,
(в этом городе ужасно приятно замерзать и согреваться),
провожу самые уютные вечера на нашей лесной кухне, как всегда на целый год запасаюсь спокойствием, уютом и теплом.
самолёт, тяжело вздрагивая, летит через глухие дождливые облака, я пью чай с лимоном и вижу с высоты золотой стокгольмский лес,
самые лучшие выходные: плотные рабочие перчатки, старые свитера, тяжелая и восхитительная физическая работа, пила, тяжелые стволы старых сваленных деревьев, на нашем участке растет вереск, брусника, можжевельник и разноцветный мох, внизу медленно переливается море, быстрый take away-салат в машине и густые сумерки в сыром перепутанном лесу,
воскресенье: мы внезапно оказываемся в одном tyresö-лесу с йонной, лес меняется и становится совсем прозрачным и пронзительным, деревья еще светятся, но уже слабо и тихо, скоро они совсем потухнут,
листья под ногами уже не канареечные и золотистые, теперь они тяжелые, бронзовые и медные, почерневшее золото, ржавый металл, я собираю их в беспорядочные охапки и оставляю их на мшистых камнях,
собираем тёмные осенние лисички и бордовую перебродившую бруснику, самые последние мягкие черничные ягоды,
лес становится совсем неподвижным и беззвучным, даже птицы переговариваются очень лениво и неохотно,
только тяжелые листья гулко падают в мох.
ураган задевает нас только кончиком хвоста, внезапно темнеют окна на всей нашей улице, и начинается грохочущий дождь,
я зажигаю все свечки в тёмном доме и чувствую, как в окна дышит ноябрь.
первый адвент я отмечу в дублине, а пока я ужасно рада ноябрю.

@темы: девочка-море, Город, sverige, skandinavia, merenneito, johan

00:24 

не тебя ли гонят псы мои, шаман?
октябрь - почти физическая боль от невыносимой красоты, от никогда не заканчивающихся чудес, от того, как вёдрами выливается волшебство на замерзающие уши,
в октябре наступает тот самый день, когда осень дозревает до своего абсолютного совершенства,
это день, когда в город приходит сильный тёплый ветер, приносящий с собой мягкую стаю густых пухлых облаков,
становится тихо, и город как-то внезапно вспыхивает, и я не представляю, что на всей этой планете может быть удивительнее медленно заплывающих золотом октябрьских деревьев,
город пылает, в вечерних огнях рыжие макушки деревьев загораются, как свечи, и становится совсем светло,
я люблю густые сумерки и ранние вечера, и влажные пятна оранжевого света фонарей в черной морской воде,
я люблю отполированные бока новорожденных каштанов, которыми я бездумно набиваю карманы, я люблю кофе с собой, новый жёлтый шарф и бесконечные прогулки,
и когда ночью начинается тяжелый и тёплый дождь, приносящий с собой самые удивительные сны, и тихий дождевой шорох смешивается с шелестом падающих на траву потяжелевших мокрых листьев,
я попадаю в ежегодное октябрьское наводнение и тону в нём с головой - улицы залиты вышедшим из берегов золотым морем сырой листвы и острыми и пряными осенними запахами,
ryssgården пестрит разноцветными тыквами, мохнатыми букетами астр, вязаными шапочками торопливых шведов и жареной селёдкой,
клетчатая рубашка, узкие джинсы, шерстяные носки, я опаздываю на лекцию через прозрачный рассвет над götgatan, через велосипедные потоки, запах кофе и падающие листья,
мокрый мох, жёлуди, бледный туман над морем, осенние ярмарки, запах дыма, ледяной воздух и холодный солнечный свет,
покупки октября: голубые полосатые баклажаны, жёлтые цукини, сто сортов тыквы, кедровые орехи, гигантская канадская клюква, коробочки оранжевой облепихи, жёлтая и тёмно-синяя морковка,
целая охапка огромных французских каштанов - долго запекать их в духовке, чтобы дом наполнился теплом и сладким ореховым ароматом, а потом ужинать на балконе - в толстом свитере и с голыми коленками, когда небо становится фиолетовым, а соседи снизу зажигают в своих палисадничках фонарики,
обеды октября: тыквенный суп с яблоками, карри и лесными орехами, запеченная тыква с мёдом, фиолетовая и оранжевая цветная капуста с острым томатным соусом, молодая морковка, запеченная с бальзамико и тимьяном, тягучие французские сыры со специями,
завтраки октября: много кофе, миндальное молоко, порционные грушевые и яблочные пироги только что из духовки,
кофе с мёдом, какао с перцем в термосе для долгой лесной прогулки,
стало холодно, листья потемнели и шуршат, как подарочная оберточная бумага.


@темы: johan, merenneito, skandinavia, sverige, девочка-море, мукла, олени, рисунки

när man talar om trollen så står de i farstun

главная